Назад

От неба к небесам

Село Новоникольское – одно из самых маленьких в Оренбургской области. Тем удивительнее картина: посреди пустынных степей возвышается величественный храм в честь Казанской иконы Божией Матери. Его построил парашютист-испытатель Петр Задиров – человек, которому небо дало все, о чем он мечтал. И даже больше.

Храм в честь Казанской иконы Божией Матери построил парашютист-испытатель Петр Задиров

Храм в честь Казанской иконы Божией Матери построил парашютист-испытатель Петр Задиров

Родные бабушки

До революции в Новоникольском была небольшая деревянная церковь – ее построили в ХIХ веке переселенцы из Тверской губернии. Но в 1928 году храм уничтожили. В советское время православная вера теплилась лишь в домах сельских бабушек, где непрестанно совершалась молитва Богу.

– Когда закрыли деревянную церковь, рухнул весь уклад жизни, – вспоминает Петр Иванович Задиров, – умер сосед, а отпеть его негде, родился ребенок, а окрестить некому. И тогда эти бабушки решили: будем собираться по домам и сами молиться. И я очень хорошо помню, как мама вечерами валилась с ног от усталости. Она растила меня одна, папа умер, когда я  был еще маленьким. Мама работала дояркой на ферме, и физические нагрузки были огромными. Но когда бабушки стучали к нам в окно со словами: «Мария, мы сегодня такого-то поминаем, приходи», она брала меня за руку, и мы шли. Меня отправляли спать за печку, а они в это время читали Евангелие, Псалтирь. Потом глубоко за полночь садились за скудную трапезу. А в пять утра уже надо было вставать на работу…

Мария и Иван Задировы с сыном  Петей

Мария и Иван Задировы с сыном Петей

Многие из этих бабушек отсидели в лагерях. За веру. Одна из них Солоня. Это было не имя, а деревенское прозвище – от сокращенного СЛОН: Соловецкий лагерь особого назначения. А тетку Параскеву на селе звали ласково – Пашенька. Когда она вернулась из ссылки, трое ее дочерей отказались даже паспорта оформлять – «нам от советской власти теперь ничего не надо». Все трое сохранили девство, взяв на себя подвиг монашества в миру. Их подкармливали всем селом: кто хлеб принесет, кто молоко. Среди этих бабушек и рос Петр Задиров. В отличие от деревенских мальчишек он знал многие молитвы и на Рождество ходил по дворам с колядками, но пройдет еще немало времени, прежде чем Петр сделает осознанный выбор и найдет свой путь к Богу.

«Это мое!»

Закончив десять классов, Петя хотел поступать в летное училище. Мечтал пойти по стопам своего отца – военного летчика. Но его мать, схоронившая мужа уже после войны, даже слышать об этом не хотела. Она решила схитрить и рассказала сыну о Московском авиационном институте, где якобы учат летать на больших самолетах. Так Петя поехал поступать в МАИ. В институте он долго рассматривал стенды у дверей приемной комиссии. Мимо проходил профессор:

– Где тут у вас на летчиков учат?

– А ты откуда, дорогой?

– Из Оренбурга.

– Вот туда и езжай, там даже Гагарин учился.

В Оренбургское летное училище Петя успел подать документы, но по конкурсу не прошел. Вернувшись в родное село, устроился работать учителем в школу.

Следующей весной в приемной комиссии Оренбургского летного училища снова появилось личное дело Петра Задирова, причем под номером один. В тот год он самый первый подал документы, но… снова неудача.

Пять раз пытался настойчивый юноша пройти медкомиссию и каждый раз получал неутешительное заключение: для летной службы не годен. Документы пришлось забрать. Господь готовил Петра Задирова к другому служению.

Однажды, услышав по радио про Ижевский аэроклуб, Задиров нашел на карте Ижевск, собрался и поехал. А уже через три месяца совершил свой первый прыжок с парашютом. И понял: «Это мое!»

Петр Задиров на Северном Полюсе

Петр Задиров на Северном Полюсе

Пятнадцать на всю страну

Потом был второй разряд по парашютному спорту, московский институт, центральный аэроклуб. Небо, прыжки, аэродромы… Летом 80-го года вместе с друзьями из аэроклуба Задиров приехал в Киржач. Там находилась летно-испытательная база Московского НИИ автоматических устройств (ныне парашютостроения). И Петра приняли в качестве стажера: «Это был самый счастливый момент в моей жизни – я две ночи от радости не спал! Стажер в НИИ – это в будущем испытатель».

В 2004 году Задиров построил храм в Антарктиде, а в 2007-м – точную его копию на Валдае

Проявить себя стажеру Задирову предстояло в испытаниях нового парашюта-крыла для разведчиков, прыгать с которым можно было практически в любую точку планеты. Работы проводились на Эльбрусе. В группе альпинистов Задиров совершил три (!) восхождения на вершину, чтобы там, на месте, принять ответственное решение – можно в данный момент парашютистам прыгать или нельзя. По завершении этой работы Петр Задиров был принят в отряд испытателей. На весь Советский Союз их было всего пятнадцать человек.

Второе рождение

Зима 1981 года. Мороз. Аэродром в Киржаче. Заканчиваются испытания новейшей парашютной системы. Ее уже ждут в серийное производство, и работу нужно закончить как можно скорее. Перед Задировым стоит задача: проверить, как парашют будет открываться при низкой температуре. Минимально допустимая высота для таких прыжков – 1200 метров, чтобы в случае отказа парашютист смог отцепить основной купол и ввести запасной.

В тот день прыгать с нужной высоты мешает облачность. Но сроки поджимают, и Петр Задиров решает не отменять испытания, а провести их на более низкой высоте – 800 метров.

Прыжок. Парашют не открывается. Высотомер уже за красной чертой. Задиров пытается отсоединить основной парашют, но один из замков заклинило. Надо резать стропы, но на это уже времени нет. Испытатель понимает: в пазах замка лед – попала вода. Решение? Разогреть пазы трением. И Петр начинает тереть гашетку. Несколько секунд – лед тает, и отцепление, наконец, происходит. Задиров хватается за кольцо запасного парашюта, но над головой уже мелькает кромка леса. Глухой удар.

– Я понимаю, что живой, – рассказывает Петр Иванович. – Но, может, у меня шок и все переломано? Шевелю руками – шевелятся. Шевелю ногами – шевелятся. Значит, позвоночник не перебит. Пытаюсь встать – оказывается, я в сугробе. А сугроб фактически с мой рост – это край взлетной полосы…

Когда Задирова на скорой примчали в больницу, у него не обнаружили ни одного перелома! Ни единой трещины! В истории болезни так и записано: «Ушиб правого бедра при падении с самолета с высоты 800 метров».

С тех пор каждый год 12 февраля Петр Иванович отмечает свой второй день рождения.

Молитва матери

Но как такое могло случиться? Ни один сугроб не спасет человека от падения с высоты 800 метров. И подтверждение тому трагический случай, который произошел с его другом испытателем Владимиром Силенковым. Все происходило по такому же сценарию, но чуда не случилось: Владимир разбился прямо на глазах у Задирова.

– Я вез его в морг, мыл, одевал, – рассказывает Петр Иванович, – и смотрел на себя как бы со стороны, понимая, что мог быть на месте своего друга. А вскоре после этого мне приснился сон. Парашют не раскрывается. Отказ. Я падаю. В точности, как Володя. Мне жутко, сделать ничего нельзя. Мелькает мысль: обо что я стукнусь? Есть еще секунд двадцать. Поле приближается, лес, дорога. Ледяная дорога – середина зимы. А на дороге точка. Точка растет, растет… Смотрю, это мать. Она задирает голову, снимает свой оренбургский пуховый платок, расправляет его за два конца – я падаю прямо в него и… просыпаюсь.

Тогда я понял: меня спасла молитва матери. То, что я остался жив, не просто чудо, а чудо маминой веры.

Домашняя молитва

Домашняя молитва

Испытания: в небе и на земле

Тот случай в феврале 1981 года не охладил любовь Задирова к небу. Наоборот, его работа стала еще труднее, еще рискованнее. Прыжки на Северный полюс, спасательные операции в Арктике. Однажды под самый Новый год раскололась дрейфующая льдина, на которой зимовали полярники, и люди остались без топлива и продовольствия. Нужно было десантировать на льдину все необходимое, а морозы достигали уже 50 градусов. Задиров справился и с этой задачей.

Однако те испытания, с которыми ему пришлось столкнуться на земле, оказались посложнее «небесных» – до перестройки получить прописку в Москве даже такому уникальному специалисту, как Задиров, было очень сложно. Когда же все формальности удалось уладить и заветная печать стояла на документах, один «доброжелатель» принялся доказывать, что прописка была получена Задировым незаконно. В результате вся семья – жена, двое детей и пожилая мать оказались на улице.

Петр Задиров с другом и крестником Александром в селе Михайловка

Петр Задиров с другом и крестником Александром в селе Михайловка

Но Господь не оставил – на помощь пришли полярники, добились пересмотра дела. А вскоре Петр Задиров создал в системе Госгидромета свою компанию для обеспечения труднодоступных полярных станций. Так родился Центр авиапарашютных экспедиционных работ «Полюс», который после распада Советского Союза стал частным предприятием.

Храм души

Когда в 1994 году появилась первая прибыль, Петр Иванович задумался: на что же ее потратить? Кто-то строил дома-дворцы, кто-то покупал яхты, но Задиров хотел чего-то совсем другого.

– На одном мероприятии я познакомился с архитектором Петром Ивановичем Анисифоровым, который в то время уже строил храмы. И я понял – вот что я хочу! Построить храм в родном селе, куда я всегда приезжал, когда было трудно. Вспоминал, как было счастливо за голландкой и дух переводил.

Однажды Задиров получил письмо от своих бывших коллег – Любы и ее супруга Александра, инвалида-колясочника, с которыми когда-то вместе работал в школе. Оказалось, что они прочитали статью в газете о строительстве храма в Новоникольском и через редакцию нашли контакты Задирова. После сорока лет друзья молодости, наконец, встретились.

– Наверное, эта встреча была дана мне свыше, чтобы я увидел и осознал, как много дал мне Господь! – говорит Задиров. – Сколько лет прошло, а мой друг все в коляске. Как же я должен благодарить Бога за свою жизнь, за любимую работу, за увиденный мир!

Престольный праздник в храме

Престольный праздник в храме

Петр Иванович стал часто бывать в Новоникольском – стройка обязывала. А по пути всегда старался заехать в соседнее село Михайловку к Александру. То икону привезет, то книгу. Однажды приехал вместе со священником – Александр решил креститься, и Петр Иванович стал его крестным…

В 1999 году новый храм, построенный на месте разрушенного, освятили, как и прежний, – в честь Казанской иконы Божией Матери.

– Сложить стены, в общем-то, не так уж и трудно, – говорит Петр Иванович, – для меня оказалось самым сложным выстроить свою жизнь в соответствии с тем, что я построил: отказаться от греха, впустить в свое сердце Бога. А иначе все бессмысленно. Я не сразу это понял и чуть не потерял семью. Слава Богу, Господь и на этот раз вразумил.

Чудесная находка

Два года назад в село приехал православный фольклорный ансамбль из Оренбурга. Сели в клубе чай пить. И вдруг одна из артисток говорит: «А ведь эта столешница была когда-то церковной иконой…» Девушка оказалась реставратором икон, ее профессиональный глаз сразу заприметил необычный стол. Сняли крышку, поехали в Оренбургский монастырь. Иконописцы подтвердили – под густым слоем краски действительно скрывается лик Казанской Богородицы. Но восстановить икону было уже невозможно – лик на ней написали заново.

Теперь главная святыня снова в храме. И снова прикладываются к ней прихожане – и молодые жители села, и Пашенькины дочери, и сам Петр Иванович Задиров, построивший эту церковь в память о своей маме, которая когда-то спасла его своей молитвой.

Храм Казанской иконы  Божией Матери  в селе Новоникольском

Храм Казанской иконы Божией Матери в селе Новоникольском

Полезная информация

Оренбургская область, Александровский район, с. Новоникольское, ул. Тверская, д. 4,

Сайт: http://kazansky.prihod.ru/

Ольга Стефанова, фото автора