История русского церковного пения делится на две эпохи. Для первой – от Крещения Руси до XVII века – характерно господство унисонного или одноголосного исполнения. Мелодии в ту пору записывали безлинейными нотами, так называемыми крюками, разобраться в них было весьма трудно, и певцы с регентами вынуждены были приобретать свое умение исключительно по слуху, на практике, ведь и специальных учебных заведений тогда не было.
Во вторую эпоху – от XVII века до наших дней – стало распространяться партесное или гармоническое (многоголосное) пение, которое поначалу являлось дополнением к унисонному, но постепенно стало преобладать над ним. В это время начинают использоваться линейные ноты церковного или квадратного письма, а потом итальянского (круглого) письма. Для обучения пению, наконец-то, появляются училища и особые хоры.
Начиная с принятия христианства на Руси и до XII века у нас господствовало, по мнению одних, греческое пение, нотные книги и певцы, по мнению же других – южнославянские, главным образом южноболгарские напевы и нотные книги. К единому мнению пока не пришли, но в последнее время более подтверждается греческая версия. Доказательством чего являются: прямое свидетельство летописей о прибытии в Русь греческих певцов, научивших русских греческому пению; греческое название русских нот-крюков; их начертание, сходное с греческими нотами; присутствие в богослужебных нотных книгах греческих слов; но самое главное – долго хранившийся обычай пения по-гречески в русских храмах.
Первый певческий период на Руси был временем усвоения и переработки принесенных в Россию как греческих, так и болгарских мелодий с учетом национально-русского духа, а также временем выработки собственных церковных напевов и нотных знаков.
Древние певческие книги сохранили два вида нотных записей – кондакарную нотацию, состоящую из точек, палочек, запятых, над которыми помещался ряд графических символов, и знаменную (при помощи «знамен»).
Пение разделялось на кондакарное и знаменное. Вследствие того, что нотные знаки знаменного пения напоминали крюки, его называли еще крюковым. Однако в чем состояло то и другое, доподлинно неизвестно – знаки передавали напев лишь в общих чертах, высота тона и движение мелодии корректировались в процессе пения, поэтому точная расшифровка записей невозможна.
Кондакарное пение было распространено среди высших слоев общества, простому народу оно было почти неизвестно и со временем исчезло, а знаменное продолжало крепнуть.
С XII по XIV век происходит выработка и установление знаменного или крюкового пения. Что интересно – буквы и слоги в русских словах стали произноситься в это время по-другому, особенно сказались различия в буквах «ъ» и «ь». Они стали считаться за гласные: «ъ» – за «о», «ь» – за «е». В результате получилось растяжение слов, например, вместо «пребысть» пелось «пребысте». Вместо «пришедъши» – «пришедоши», вместо «согрешихомъ» – «согрешихомо», вместо «беззаконновахомъ» – «беззаконновахомо», вместо «воньми» – «вонеми». Так как перемена пения была особенно заметна в конечном слоге «хомъ» (пелось «хомо»), такое пение и время его распространения в России стали называть хомонией.
Последовало нестроение в пении, а за ним и в богослужении. В песнопения, по преемству от греков, стали включать еще и украсительные слова нерусского происхождения, не имевшие никакого отношения к смыслу молитв, а только к манере пения. Эти слова, непонятные даже грекам, искажали смысл славянской молитвы до неузнаваемости. Такое пение распространялось по преимуществу в северо-восточной Руси, а греческие вставки встречались даже в XVII веке.

Для улучшения церковного пения и для облегчения понимания весьма сложных нотных крюков на Руси принимались некоторые меры. Так, новгородский певец Иван Шайдуров в конце XVI века стал надписывать около знаменных крюков красной краской славянские буквы. Они обозначали высоту звука, например «в» – высоко, «с» – средним голосом, «н» – низко, «п» – повыше. Однако при тогдашнем состоянии печатного дела было затруднительно воспроизвести на листе одновременно красную и черную краски.
В это время в юго-западной или Киевской Руси появились новые напевы, отличающиеся простотой и мелодичностью, которые стали проникать в Московскую Русь в XVII веке. Это киевский, новогреческий и болгарский напевы.
В дни царствования Алексея Михайловича церковно-гражданская власть на Руси решила устранить хомонию из церковного пения и восстановить старое истинноречье (когда звуки соответствуют буквам), а также исправить смысл неправильно переведенных слов, ввести хоровое пение в дополнение к унисонному и заменить крюковую систему нот линейной. Для выполнения этих масштабных задач Алексей Михайлович созвал в Москву 14 дидаскалов – учителей и знатоков пения. Но на их пути встала моровая эпидемия.
Позже Большой Московский Собор (1666-1667), занимавшийся между прочим вопросом об исправлении богослужебных книг, постановил исправить и нотные книги. В 1868 году было созвано второе собрание дидаскалов, которые озаботились исправлением произношения молитв и упрощением нотных знаков. Ученый монах-певец Александр Мезенец составил азбуку знаменного пения, однако она не принесла практических плодов, до конца XIX века оставаясь даже не напечатанной. Нотные книги стали печататься не знаменами, а линейными нотами, позаимствованными из Киевской Руси и оказавшимися более понятными. Эта система встречала все большее распространение и проводила в Московскую Русь киевский (упрощенный знаменный), новогреческий (напев южнославянских народностей, соприкасавшихся с греками) и болгарский (придунайских славян и болгар) напевы.

Поделиться в социальных сетях:
#Традиции, #Церковное пение

18 Feb 2020