«Посещение любого музея — это своего рода паломничество в наш век».

Великий Новгород предстаёт перед паломником как грандиозный музей под открытым небом. Эта фраза — не преувеличение, а отражение реальности: большая часть архитектурного и духовного наследия области входит в состав Новгородского государственного объединенного музея-заповедника. Именно в его мастерских реставрируются иконы, в его фондах хранятся древние рукописи, а экспозиции раскрывают смысл святынь. Поэтому путь к новгородским храмам и монастырям естественным образом ведёт и в музей. Чтобы понять, как сегодня на Новгородской земле сотрудничают деятели культуры и служители Церкви, мы беседуем с Генеральным директором НГОМЗ Сергеем Павловичем Брюном.

— Уважаемый Сергей Павлович, Ваша научная деятельность долгое время была сосредоточена на христианском Востоке, Византии, Сирии. Как этот опыт непосредственного соприкосновения с колыбелью христианства помогает Вам теперь понимать самому и представлять миллионам людей наследие столь непохожего на пустыни Леванта Русского Севера, Новгородской земли, которую Вы назвали «северным форпостом христианского Востока»?

— Когда осенью 2023-го года я получил назначение в Новгородский музей-заповедник, я правда долгое время шутил, да и просто размышлял о том, что судьба, рукой Министерства культуры, перебросила меня с юга на север византийского, православного мира.

Но для меня лично, лучшего назначения, лучшего места для служения быть не могло. Ведь если Сирия — это одна из первых колыбелей христианского мира, то Новгород и Новгородская земля — одна из первых колыбелей христианской Руси, причем важнейшая с точки зрения материальной и духовной культуры

Опять же, если заниматься XII веком (а им я как раз занимаюсь), в составе нашего музея больше памятников, относящихся к этому столетию, чем где бы то ни было в России. Если ты занимаешься Византией (что, собственно, я и делаю, как исследователь), то, опять же, Новгород — это одна из величайших мировых сокровищниц византийского искусства. Это и фрески XI, XII и XIV столетий (в том числе единственные сохранившиеся работы Феофана Грека и Волотовского мастера), и иконы, и сокровища Грановитой (Владычной) палаты, прямых аналогий которым нет в крупнейших музеях мира.

Так что, отвечая на Ваш вопрос: если любить христианский Восток, любить Византию и византийскую культуру, то непременно стоит приезжать в Новгород. Приезжать не раз. А если повезет — приезжать, чтобы остаться здесь. Чтобы жить и работать.

— Вы автор многочисленных научных работ, в т.ч. монографии «Ромеи и франки в Антиохии, Сирии и Киликии XI–XIII вв.». Но ведь то явление, которые мы знаем сегодня как «крестовые походы» изначально воспринимались как peregrinatio, как паломничество. У Великого Новгорода тоже богатая история паломничества и культурных связей с Востоком — святитель Антоний (Добрыня Ядрейкович) и Стефан Новгородец в своих «хождениях» наравне с игуменом Даниилом открыли для русского средневекового человека манящий мир Азии и святыни христианства. Планируете ли вы в Новгородском музее-заповеднике проекты, которые исследуют связи Новгорода с Востоком: не только паломничество, но и политику, и торговлю, и культурный обмен?

— Новгород невозможно представить без соединения традиций Севера и Юга, Запада и Востока. Город возникает на скандинавском «пути на Восток», на «пути из варяг в греки». Это, опять же, выражается и в кладах, хранящих восточные монеты, и в работах византийских мастеров, у которых учились уже русские мастера и художники, и в слиянии традиций, которые отразились в архитектуре, придав византийскому канону уникальные, именно новгородские черты.

Тема паломничества мне очень близка. Прежде всего как историку. Я пишу об утраченных святынях православного Востока. Об антиохийском соборе Св. Петра, Лавре Св. Симеона на Дивной горе, о храмах и святынях Антиохийского и Александрийского патриархатов. В 2024 г. меня удостоили чести, сделав действительным членом Императорского Православного Палестинского общества.

Так вот, применительно к текущим проектам… У нас был запланирован большой выставочно-реставрационный проект, как раз на 2025 год: привести из Сирии в наши реставрационные мастерские (одни из лучших в стране) несколько христианских памятников из Национального музея в Дамаске и Антиохийской патриархии. Привести, отреставрировать, показать у нас и на столичных площадках, и вернуть в Дамаск. К сожалению, события декабря 2024 года перечеркнули этот проект, хотя мы надеемся, что по мере стабилизации и налаживания двусторонних отношений нашей страны с новыми властями Сирийской Арабской Республики у этого проекта есть будущее. И мы готовы.

Сейчас мы готовим проект «Юг и Север византийского мира. Сирия и Новгородская земля». Это выставка, которая покажет глубинные связи и параллели между православной Сирией и Великим Новгородом. На примере сирийских христианских памятников из нашего и ряда других отечественных собраний. Выставка откроется у нас, в Новгородском кремле, осенью 2026 года.

Сергей Павлович Брюн (род. 5 мая 1986 г. в Москве) — историк, музейный сотрудник, куратор, публицист и радиоведущий, с 2 октября 2023 года — генеральный директор Новгородского государственного объединённого музея‑заповедника.

Потомок древнего провансальского рода Брюн‑де‑Сент‑Ипполит. Окончил школу‑студию МХАТ (2008). В 2008–2012 гг. обучался в аспирантуре Института культурологии ГАУГН при РАН; в 2018–2022 годах — соискатель на кафедре истории Церкви МГУ.

Музейную карьеру начал в 2012 году в Музее русской иконы. С 2018 года — в Музеях Московского Кремля.

Куратор многочисленных выставок. Автор двухтомной монографии, трёх коллективных изданий и более 40 научных публикаций; с 2018 года — член редсовета «Исторического Вестника».

С 2022 года на Радио Россия: ведущий программ «Россия: обстоятельства времени», «Слово и смысл. Религии мира», «Позиция».

Читает лекционные циклы для научных и культурных площадок Москвы.

— Сергей Павлович, Вы пришли в НГОМЗ из центральных столичных музеев. Каковы были ваши первые приоритеты при переходе от работы в Музеях Московского Кремля к управлению крупнейшим музейным комплексом провинциального центра? Какие практики вы решили перенести, а какие — оставить местными?

— У меня очень небольшой с точки зрения «выслуги лет» музейный опыт. В сравнении с многими коллегами. Всего 13 лет. Но опыт был, в известной мере, насыщенный, за что я очень благодарен. Я знаю, что такое работать в маленькой и сплоченной команде, как было в частном Музее русской иконы Михаила Юрьевича Абрамова, где я начинал свой музейный путь. Я знаю, что такое работать в одном из крупнейших музеев страны — Музеях Московского Кремля, где я прошел достаточно интенсивный пятилетний путь, начав с экскурсовода, потом — научного сотрудника, закончив заведующим экскурсионно-методическим отделом и куратором нескольких выставочных проектов.

Конечно же, я считаю, что к директорству я не был готов. Очень многому приходилось и приходится учиться на местах. Но «на службу не напрашивайся, от службы не отказывайся».

Честно Вам скажу, что главное и самое светлое у меня впечатление от Новгородского музея — это люди. Сотрудники были не забитые, не запуганные. Не были ни болотом, ни серпентарием. Что выгодно отличает Новгородский музей-заповедник от некоторых других коллективов, которые приходилось видеть (не называя имен и локаций). И это очень много говорит о том, как музею везло с директорами. Моими предшественниками. С Николаем Николаевичем Гринёвым, с Наталией Васильевной Григорьевой. Моё дело было не переделать, не перечеркнуть, а — не сломать и приумножить то, что собрано и сделано ими.

Безусловно, я слукавлю, если скажу, что за эти два года не было перестановок, не было разочарований. Но все замены внутри музея были либо за счет сотрудников Новгородского музея, либо шире — за счёт новгородцев. И да, я остаюсь «варягом», которому не пришлось тащить других «варягов» из Москвы.

Как показывает история правления Ярослава Мудрого, Новгород благосклонно относится к «варягам». Но когда их становится слишком много — поднимает свой голос. Особенно, если варяги не считаются с чувствами и традициями города.

— Вы с иронией вспоминали свой первый неудачный поход в музей, а позже назвали музейную работу «формой сослужения в светской литургии». Что стало той точкой перелома, когда искусство и история перестали быть внешним объектом, а превратились в дело личного служения? Как опыт работы в Музее русской иконы и Музеях Кремля помог сформировать это понимание?

— Я не считаю свой первый поход в музей неудачным. Он очень показателен. Когда маленький пятилетний мальчик приход в ГМИИ им. А.С. Пушкина и не проходит дальше Итальянского дворика, потому что не может перестать смеяться при виде голого Давида… Но меня же после этого опыта привели снова. И снова. И теперь Пушкинский музей — один из моих любимых.

Так что первый музейный поход научил меня, наверное, двум вещам. Первое — нужно всегда давать себе — и посетителю, и музею — второй шанс. История и искусство — явления сложные. И когда к нам вырывается человек, тем более — ребёнок (а сейчас практически любой человек — это ребёнок, в хорошем и хрупком смысле этого слова), когда он вырывается из плена вечно мерцающего экрана и сменяющегося онлайн-контента, его нужно принять бережно. И это сложная задача для всех — от директора и авторов экспозиций до смотрителей и охраны.

Второе — нужно всегда сохранять долю юмора и иронии. В том числе самоиронии. Верить в человека. Верить в роль музея. Самоирония нужна. Наверное, особенно сейчас, когда ты директор. Ведь сейчас я директор. А еще пять лет назад обеспыливал кареты в Оружейной палате. И тогда чувствовал себя немного «Золушкой» (не хватало только поющих мышей и птичек), вспоминая, как еще за три-четыре года до этого летал в командировки в Прагу и Лондон. Музейный путь переменчив. И без доброго юмора и самоиронии — к себе, к коллегам — можно сойти с ума. Или превратить доверенное тебе живое дело в серпентарий. А этого не хочется.

Новгородский государственный объединённый музей‑заповедник — один из старейших и крупнейших музейных комплексов России, объединяющий памятники истории и культуры Великого Новгорода и Новгородской области.

НГОМЗ — один из первых публичных музеев провинциальной России. Он был основан в 1865 году как Музей древностей при Губернской учёной архивной комиссии. Позднее в его состав вошло Новгородский епархиальный древнехранилище, основанное в 1913 г. В 1920–1930‑е гг. музей активно пополнялся предметами из закрывавшихся монастырей и церквей.

В 1950–1970‑е гг. велась масштабная реставрация памятников архитектуры, пострадавших в годы Великой Отечественной войны. Они стали филиалами музея.

НГОМЗ обладает более 650 тысячами единицами хранения, включая древнерусские иконы, рукописные книги, археологические находки, предметы декоративно‑прикладного искусства; включает свыше 100 памятников архитектуры XI–XVII веков (в т.ч. Новгородский детинец, Софийский собор, Ярославово дворище и др.); является центром научных исследований, реставрации и просветительской деятельности; включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО как часть исторического центра Великого Новгорода.

Сегодня музей‑заповедник — ключевой культурный институт региона, проводящий выставки, научные конференции, образовательные программы и фестивали. Активно развивает туристическую инфраструктуру, цифровые проекты и международное сотрудничество, сохраняя наследие Древней Руси для будущих поколений.

— В 2023–2025 гг. НГОМЗ реализовал несколько заметных проектов — возвращение ценнейших экспонатов, открытие новых экспозиций, реставрационные работы, совместный проект с «Яндекс. Путешествия». Что для музея важнее сейчас: углубление научной работы или расширение аудитории и повышение туристической привлекательности?

— Действительно, с Божьей помощью и благодаря человеческому неравнодушию (а ведь человеческое неравнодушие, наверное, и можно считать одним из главных проявлений Божьего присутствия в мире) нам за указанный период удалось сделать очень многое.

Мы успешно завершили реставрацию восьми памятников Всемирного культурного наследия XII-XX вв., нам удалось открыть девять новых постоянных экспозиций. В 2024 году открылись Музей Великого моста и полностью — усадебный дом графини А.А. Орловой-Чесменской в Витославлицах. С 2025 года работает новая военная экспозиция (к 80-летию Великой Победы) в Кремле, после реставрации открыты третий древнейший собор в России — Богородице-Рождественский собор Антониева монастыря (1117 г.), новый музейный кластер на Ярославовом Дворище: доступны для посетителей выставочные залы Народного училища (Гридницы), открыты две экспозиции в церкви Успения на Торгу (XII-XV вв.) и экспозиция современного христианского искусства (работы великого мастера Сергея Антонова) в церкви Св. Прокопия (XVI в.). Особенно дорого, что церковь Успения и церковь Св. Прокопия открылись для посетителей и молящихся впервые за столетие. Ожила молчавшая столетие колокольня Никольского собора — с полностью воссозданной системой звона из старых и новых колоколов, вернувшая великому городу этот забытый перекрестный благовест (перекличку с Софийской звонницей), когда в праздничные дни звон с обеих берегов стоял над Волховом.

Бережно — пусть и в очень тяжелом, авральном режиме — раскрыт Троицкий XVII раскоп, подаривший нам более 14 000 уникальных находок. Строится Национальный историко-археологический центр, который скоро сможет дать музею столь нужные новые помещения для реставрационных мастерских, хранилища, способные разместить около трети нашего растущего собрания.

Оживает благодаря попечителям усадьба графа А.В. Суворова в селе Кончанское. Новую парковую зону получил Музей романа «Братья Карамазовы» в Старой Руссе, где в 2024 году прошел наш первый, инициированный музеем маленький театральный фестиваль «Вечера у Карамазовых». С успехом прошел второй сезон фестиваля «Джаз в Кремле».

За последний два года мы сделали (совместно с нашими партнерами или единолично) почти 50 самых разных изданий — от каталогов до детской литературы. Полностью изменили подход к нашей сувенирной продукции – чтобы она отражала красоту тех сокровищ, которые доверены нашему хранению.

Понемногу мы возвращаем «свет» в Новгород. Буквально. Так, в 2024 году архитектурную подсветку обрели церкви Спаса на Ильине и Феодора на Ручью, историческое здание Дворянского собрания (Музей изобразительных искусств). В последние дни 2025 года засияли новым светом Владычный двор и Святая София. И Великий Новгород, и наш музей готов принимать и удивлять посетителей. Радовать древними сокровищами и новыми проектами.

С новой жизнью нашего музея реплика «Мы были у вас пять лет назад и всё видели» не принимается. Даже если вы были у нас год назад.

На будущий год мы готовим еще ряд открытий. В январе откроется совершенно новая экспозиция Музея колоколов в церкви Св. Екатерины на Валдае. И сама львовская ротонда к лету получит долгожданную реставрацию своих истрепанных временем фасадов. В апреле у нас после реставрации откроется спасенный памятник домонгольского зодчества — церковь Свв. Петра и Павла на Синичьей горе (XII века). В мае — Военная галерея в Дворянском собрании (Музее изобразительных искусств), в составе которой будет и возрожденный музей лейб-гвардии Конного полка. К 12 июня готовим новую экспозицию «Христианские древности» в Воротной башне на Ярославовом Дворище, и там же — к годовщине начала Первой мировой войны, в часовне «Всех скорбящих радости» (1914 года), — иммерсивную экспозицию «Письма трёх войн». Это я даже не затронул выставочных планов и проектов, где нас ждут и «передвижники», и «Сирия», и «Русская сказка» (наш первый опыт сотрудничества с Музеем русского импрессионизма, при поддержке Яндекса).

Мне бесконечно дорого, что люди откликаются на все эти наши начинания. И да, это явно отражается на посещаемости. В 2023 году музей зафиксировал более 1 266 000 посещений, в 2024 — 1 388 000, в 2025 году, в год 160-летия нашего музея, абсолютный рекорд — около 1 700 000 посещений. Значит люди едут, приходят, возвращаются.

И с нашими новыми открытиями мы всех ждём в 2026 году. Ведь посещения любого музея — это своего рода паломничество в наш век. А поездка к храмам и святыням Великого Новгорода — это паломничество в прямом смысле этого слова.

Беседовал И.А. Рыжов