Сограждане святым и свои Богу

 

Новгородская земля очень богата святыми подвижниками. Это и святые князья, и новгородские архиепископы, и юродивые, и преподобные. Многие новгородские святые широко известны по всей нашей стране. Кто не знает, например, имен прп. Варлаама Хутынского или Антония Римлянина? Но о некоторых святых сохранилось очень мало информации, и даже ту, что имеется, приходится долго выискивать по книгам и архивным документам. Одним из таких подвижников Новгородской земли был святой преподобный Ксенофонт Робейский.

 

 

Время жизни святого относится к концу XIV — первой половине XV в. Впервые основанный им монастырь упоминается в летописи под 1417 годом (а поскольку преподобный Ксенофонт должен был быть к этому моменту уже зрелым человеком, его рождение следует отнести к последней четверти XIV в.). Распространенное в старой литературе мнение о жизни святого в XII–XIII вв. является ошибочным.

Монастырь, основанный преподобным Ксенофонтом, для Новгорода был совершенно необычен. Дело в том, что с XII-го и вплоть до конца XIV в. монастыри основывались только в обжитых районах, имевших хорошую транспортную сеть: по берегам крупных рек или при дорогах. Но с конца XIV столетия эта закономерность стала нарушаться — монастыри начали строить в глухих необжитых местах. На Северо-Востоке Руси это связано с деятельностью прп. Сергия Радонежского и его последователей. В Новгородской земле первым подобным монастырем стал Отенский, впервые упоминаемый в летописи под 1408 годом. Вторым новгородским монастырем, основанным в лесной глуши, стал монастырь св. Ксенофонта на речке Робейке (Робье). В этом, очевидно, следует видеть особый подвиг св. Ксенофонта — стремление к полному отрешению от мирской жизни, уединению и преодолению трудностей.

 

Отенский монастырь был основан в начале XV века архимандритом Харитоном в глухой болотистой местности близ Новгорода. Расцвет обители связан с деятельностью архиепископа Новгородского Ионы (XV в.), при котором построены каменные храмы. Также с монастырём связана деятельность богослова и философа XVI века Зиновия Отенского, известного обличением ересей и погребённого рядом со святителем Ионой.

Монастырь неоднократно страдал от пожаров и военных разорений, но неизменно восстанавливался. В 1934 году безбожники закрыли монастырь, а его постройки были окончательно разрушены во время Великой Отечественной войны. Сегодня на месте монастыря сохранились лишь руины, а на месте погребения святителя Ионы установлен поклонный крест.

 

Обстоятельства основания монастыря св. Ксенофонтом сообщает нам его Житие. Предваряя рассказ об этом, следует обратить внимание на то, что жития святых — это не боговдохновенные книги, а литературные произведения, в которых переплетаются реальные факты и художественный вымысел, а то и просто ошибочные сведения. Кроме того, они составлялись спустя многие годы, а иногда и столетия после смерти святого, когда память о нем сохранялась лишь в форме устных преданий, отнюдь не способствовавших точному сохранению фактов. Но наиболее яркие события из жизни святого они все же удерживали, и мы можем на их основании попытаться реконструировать реальные события прошлого.

Как сообщает Житие св. Ксенофонта, в результате конфликта с игуменом монастыря, в котором преподобный ранее подвизался, он сел на плот и поплыл по воле волн. Разыгравшаяся буря понесла его вверх по течению р. Робейки. Проплыв несколько километров против течения, плот пристал к берегу в глухом месте. На этом месте св. Ксенофонт и основал свой монастырь.

В Житии названо имя игумена, с которым у преподобного Ксенофонта возник конфликт — Варлаам. В Житии он отождествлен с Варлаамом Хутынским. Но это отождествление, конечно, является позднейшим домыслом составителя Жития: оно противоречит всей совокупности исторических фактов, сообщаемых историческими источниками о Варлааме Хутынском и Ксенофонте Робейском. Санкт-Петербургский ученый Александр Григорьевич Бобров, первооткрыватель единственного сохранившегося списка Жития Ксенофонта Робейского, предложил отождествить этого игумена с другим Варлаамом — игуменом Лисицкого монастыря, жившим и действовавшим в конце XIV – начале XV в. Это предположение представляется нам очень обоснованным. Кроме того, что оно согласуется с известными историческими фактами, оно хорошо помогает локализации маршрута чудесного плавания преподобного Ксенофонта.

Еще одно объяснение упоминания Варлама Хутынского в тексте Жития заключается в том, что для преподобного Ксенофонта, по-видимому, была характерна особая любовь к этому святому. Видимо, почитание преподобного Варлаама было столь сильным, что закрепилось в монастыре и после смерти св. Ксенофонта.

 

 

В XVII в. подлинные сведения о жизни прп. Ксенофонта уже забылись, но сохранялась память о его особом отношении к Варлааму Хутынскому. И его жизнь стали тоже относить к концу XII – началу XIII в., называя учеником преподобного Варлаама. Такое удревнение времени жизни св. Ксенофонта является, конечно, ошибочным. На самом деле, он жил в конце XIV – начале XV в. Но считать его учеником Варлаама Хутынского все-таки можно: только это было не личное общение с великим подвижником, а духовное ученичество, для которого не могли являться препятствием два столетия, разделявшие их.

Оба предположения, объясняющие появление имени прп. Варлаама Хутынского в тексте Жития, не противоречат друг другу и вполне могут рассматриваться совместно.

Вполне можно определить маршрут чудесного плавания прп. Ксенофонта. Исходным пунктом этого плавания был Лисицкий монастырь, лежавший немного выше от Хутынского по течению Малого Волховца. Далее возможны два варианта: 1) в Волхов, далее около 2,5 км до устья Робейки и, наконец, вверх по течению этой речки, либо 2) в период весеннего половодья — не выходя в Волхов, по залитым водой лугам юго-восточнее Холопьего городка непосредственно в р. Робейку, минуя ее устье. Второй вариант более предпочтителен, так как при этом значительно спрямляется трасса пути (и сокращается примерно на 5 км). Общая длина этого маршрута немного более 15 км.

 

 

Речка Робейка при своем впадении в Волхов достаточно широка и глубока, ибо здесь ее уровень всецело определяется уровнем самого Волхова. Но немного выше по течению она становится мелководной и петляющей. Поэтому рискнем предположить, что чудесное плавание прп. Ксенофонта происходило, скорее всего, в период весеннего половодья. Именно в это время воды Малого Волховца плещутся у самого подножия холма, на котором стоял Лисицкий монастырь (а не почти в 200 метрах от него, как в межень), и именно в это время Робейка могла быть достаточно полноводной, чтобы поднять святого на несколько километров вверх по течению. Также следует обратить внимание, что плавание святого проходило во время сильной бури. Возможно, именно южный ветер ураганной силы и пригнал плот святого вверх по течению речки.

 

Упоминание о плоте содержится только в Житии, которое может ошибаться и в этой детали. Святой вполне мог плыть и на лодке. Но от этого его плавание не становится менее чудесным: даже если он плыл на лодке, и даже если эта лодка была с парусом, плавание против течения узкой петляющей речки на расстояние многих километров любой непредвзятый человек назовет чудом. Так его воспринял и сам святой.

 

Мы можем попытаться установить и еще один факт из биографии святого. Из источников XVIII в. известно, что место погребения святого находилось примерно в 80–90 метрах за оградой монастыря на берегу Робейки. Такое отношение монастырской братии к могиле св. Ксенофонта трудно объяснить. Но если место своего погребения преподобный определил еще при жизни, то все становится понятным. Основав монастырь в нескольких десятках метров от берега реки, он мог завещать похоронить себя на том самом месте, к которому пристал некогда его плот.

Нельзя обойти вниманием и еще один вопрос. Дело в том, что в той же самой летописной статье 1417 г., в которой впервые упоминается Ксенофонтов монастырь, также впервые говорится и о Савво-Вишерском монастыре. Святые Ксенофонт Робейский и Савва Вишерский не только были современниками, но и жили на небольшом расстоянии друг от друга. Мы ничего не можем сказать, были ли они лично знакомы, но они, определенно, должны были знать друг о друге.

 

 

Этими сведениями исчерпываются наши знания о жизни преподобного Ксенофонта. Возможно, дальнейшие исследования помогут выяснить новые факты.

Память св. Ксенофонта Робейского празднуется дважды в году. Согласно традиции, установившейся к концу XIX в., 26 января (8 февраля) — это день преставления св. Ксенофонта, а 28 июня (11 июля) — день его тезоименитства. Третий раз в году память преподобного празднуется в 3-ю неделю по Пятидесятнице — в составе Собора новгородских святых.

 

 

Ксенофонтов монастырь

Обитель преподобного Ксенофонта располагалась в 9 км к северо-востоку от Хутынского монастыря (расстояние от новгородского вала Окольного города по прямой — 17 км) на правом берегу реки Робейки (Робьи) — правого притока Волхова. Река Робья, берущая свое начало в болотах в нескольких десятках километров к северо-востоку от Новгорода, очень небольшая и несудоходная; лишь во время весеннего таяния снегов она становится более полноводной на короткий период. От берега Волхова — главной транспортной артерии в период средневековья — Ксенофонтов монастырь располагался на расстоянии 5,5 км по прямой. В настоящее время к месту монастыря ведет прямая полузаросшая дорога от деревни Пахотная Горка, проложенная перпендикулярно Волхову до деревни Волынь. Эта дорога была пробита в 1820-е гг. в связи с устройством здесь военных поселений. В более ранний период, как это видно по картам XVIII — начала XIX в., к монастырю вели несколько извилистых дорог (или тропинок) от ближайших деревень и пустошей.

 

 

В настоящее время место монастыря со всех сторон окружено молодым лесом. Как видно по карте 1817 г., примерно так же обстояло дело и в начале XIX в. — до начала активной расчистки лесов под пашню силами военных поселян. Следовательно, и во времена прп. Ксенофонта монастырь был окружен лесом.

Впервые монастырь появляется на страницах летописей в сообщении 1417 года: Новгородская Карамзинская и Новгородская Четвертая летописи в почти одинаковых выражениях приводят известие о строительстве в нем деревянной церкви.

 

«В лето 6925 [1417 г.]. Поставиша 4 церкви древяны: Въскресение Христово на Вареискои улици, Вознесение Господне в Савине пустыне, святаго Николу в Селифонтове пустыне, святаго Николу на Вежищах».

 

В этом известии для передачи имени «Ксенофонт» использована его народная форма — Селифонт.

Как видно из сообщения, церковь во имя свт. Николая Чудотворца была деревянной. Впоследствии, во второй половине XV — первой половине XVI в., она была перестроена в камне. По документам конца XV — начала XVI в. известно, что в то время монастырю на территории окрестных погостов принадлежали несколько небольших земельных участков. Такие мелкие земельные участки чаще всего передавались монастырям в качестве вклада на помин души.

Вторая половина XV — третья четверть XVI в. были временем расцвета Ксенофонтова монастыря. Кроме каменной Никольской, в нем была построена деревянная церковь во имя прп. Сергия Радонежского. В нем было 14 келий, что говорит о значительном количестве насельников.

Но смертельный удар благополучию обители, как и многих других монастырей Новгородской земли, был нанесен бурными событиями конца XVI — начала XVII вв., когда Новгородчину, также как и почти всю территорию Русского государства, поразил жесточайший социально-экономический кризис, вызванный неудачной Ливонской войной, катастрофическим ростом налогов и природными факторами — неурожаями и эпидемиями. Наполовину запустевшая к 1580-м гг., обитель была полностью разорена шведами в период оккупации Новгорода.

 

Шведское военное присутствие в Новгородской земле началось весной 1609 года, когда царь Василий Шуйский, борясь с Лжедмитрием II, призвал шведских наемников в обмен на крепость Корелу. Однако после избрания на русский престол польского королевича Владислава шведы, бывшие в войне с Польшей, перешли к открытой интервенции с целью территориальных захватов.

Ключевым событием стало взятие Новгорода в июле 1611 года. Город признал покровительство шведского короля. Русские попытки освободить Новгород, например, поход князя Трубецкого, завершились тяжелым поражением при Бронницах в 1614 году. Однако сопротивление продолжалось: героическая оборона Тихвинского монастыря (1613-1615) и Пскова (1615) сковали шведские силы.

Оккупация нанесла огромный урон: разорение городов и монастырей, грабежи, увод населения в плен. Она завершилась подписанием Столбовского мира 27 февраля 1617 года. Швеция вернула Новгород, но Россия на время утратила выход к Балтийскому морю, отдав Ивангород, Ям, Копорье и Орешек.

 

Во второй четверти XVII в. (не позднее 1640 г.) была предпринята попытка возобновления монастыря «белым строителем» Дмитрием Леонтьевым, постригшимся впоследствии под именем Дионисия. Но после смерти строителя по грамоте от 29 октября 1683 состоялась окончательная приписка Ксенофонтова монастыря к Варлаамо-Хутынскому.

От XVIII века сведений о монастыре сохранилось очень мало. Известно лишь о небольших ремонтных работах в кафоликоне, осуществленных Хутынским монастырем. В 1764 г. по секуляризационной реформе Екатерины II приписной Ксенофонтов монастырь был ликвидирован, а его храм обращен в приходскую церковь (без прихода).

Новый этап в жизни обители начался в XIX в., когда обширные территории вокруг Новгорода были превращены в военные поселения и приписаны к армейскому ведомству. Военные поселения стали страшной бедой для местных крестьян, эксплуатация и насилие над которыми достигли невиданных размеров. Но они же привели к притоку населения и возобновлению строительства в бывшем Ксенофонтове монастыре. В 1817 г. на месте деревянной часовни, стоявшей над могилой прп. Ксенофонта, была построена каменная церковь, просуществовавшая до середины XIX в. Немного позднее через территорию обители была проведена новая дорога.

В 1845 г. был утвержден проект новой каменной церкви над местом погребения преподобного Ксенофонта Робейского и ее иконостаса (рис. 4). Очевидно, после этого начались работы, в ходе которых были разобраны древняя каменная монастырская церковь и храм 1817 г., стоявший над мощами святого. 27 июня (по ст. ст.) 1851 г., в день памяти святого, состоялось освящение вновь построенной каменной церкви св. Ксенофонта Робейского.

 

 

После революции начался процесс притеснений Русской Православной Церкви и ликвидации многих храмов. Не обошел стороной он и церковь Ксенофонта Робейского. В 1934–1935 гг. из нее было изъято большинство предметов из серебра. Постоянного священника в это время в храме, по-видимому, уже не было. Тогда же властью на коллектив верующих был наложен денежный начет. Под предлогом того, что церковь «двадцаткой коллектива верующих не содержится в надлежащем порядке, требует ремонта: частичной оштукатурки как наружных, так и внутренних стен, их покраски, а также покраски кровли и сточных труб», храм был закрыт. В секретном предписании, данном властям Новгородского района Ленинградским облисполкомом, устанавливалось, что храм должен быть закрыт и передан под использование сельсовету, а находящиеся в нем под спудом мощи святого Ксенофонта Робейского «ликвидировать совершенно без оставления даже следов на данном месте».

 

 

Точная дата сноса храма неизвестна. Очевидно, он был разрушен около 1938 г. Фотографий церкви обнаружить не удалось.

К настоящему времени постройки Ксенофонтова монастыря полностью уничтожены. На месте погребения преподобного остались руины, увенчанные ныне деревянным крестом.

 

 

Современное почитание прп. Ксенофонта Робейского

Несмотря на все старания советской власти стереть с лица земли обитель св. Ксенофонта, память о преподобном сохранялась среди местного населения. Место разрушенного храма регулярно посещалось верующими. Ими же было обозначено примерное место погребения святого и установлен крест. В день памяти преподобного, 11 июля, ежегодно сюда приходили и молились люди.

 

 

В связи с изменением ситуации в нашей стране, появилась возможность восстановления храма во имя Ксенофонта Робейского. Многие неравнодушные люди с конца 1990-х гг. стали активно работать над этим. Особо следует отметить семью художников Гребенниковых, которые создали несколько икон преподобного. Поскольку на территории монастыря в настоящее время никто не живет, восстановление храма на старом месте оказалось невозможным. Поэтому местом нового храма была выбрана деревня Волынь — один из ближайших к монастырю населенных пунктов. Более 15 лет ушло на обсуждения, согласования, отвод земельного участка и прочие организационные вопросы. Параллельно велся сбор средств на строительство. И к концу 2016 г. был возведен деревянный храм во имя прп. Ксенофонта Робейского.

 

 

Освящение храма 8 февраля 2017 г. совершил митрополит Новгородский и Старорусский Лев. Удивительным образом оно совпало с 600-летием первого упоминания Ксенофонтова монастыря в летописи. Храм является приписным к Покровскому собору г. Новгорода. Ежемесячно в нем совершаются службы. Ежегодно 11 июля, в день памяти преподобного Ксенофонта, совершается крестный ход к месту его погребения. Божественная литургия совершается: в дни памяти прп. Ксенофонта — 8 февраля и 11 июля, а также ежемесячно в одну из первых суббот месяца.

 

 

Добраться до места Ксенофонтова монастыря можно следующим образом. На автомобиле или рейсовым пригородным автобусом доехать до деревни Пахотная Горка, расположенной на дороге, идущей вдоль правого берега Волхова. Сразу за северной окраиной деревни — поворот направо (на бывший асфальтобетонный завод). По этой дороге до монастыря — 3 км, из которых первые 1,5 км представляют собой хорошую дорогу, проходимую для любых автомашин. Оставшиеся 1,5 км — прямая дорога лесом, пройти можно только пешком, обязательны (особенно во влажный год) сапоги.

 

Игорь Юрьевич Анкудинов,

историк, старший научный сотрудник

Государственного архива Новгородской области