«Военные победы были следствием духовной жизни Федора Ушакова»

Епископ Рыбинский и Романово-Борисоглебский Вениамин (в миру Николай Иванович Лихоманов) родился в 1952 году в Вологодской области в верующей семье. Его жизненный путь необычен: до принятия священного сана он окончил механико-математический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова и работал инженером-математиком. В 1978 году был рукоположен во священника, с тех пор служит на Ярославской земле. Монашеский постриг принял в 2003 году. В 2010 году решением Священного Синода был хиротонисан во епископа, а с 2012 года является правящим архиереем Рыбинской епархии, неустанно трудясь над возрождением духовной жизни на родине святого адмирала Ушакова.

 

Денис Борисович Солодовников — историк, научный сотрудник и общественный деятель Рыбинской епархии. Руководит епархиальным информационным отделом и возглавляет курсы изучения православного вероучения, культуры и богослужения. Как исследователь и краевед, Денис Борисович активно занимается изучением духовной истории Верхневолжья, развитием паломнических маршрутов и сохранением исторической памяти о великом флотоводце праведном Феодоре Ушакове на его родной Ярославской земле.

— Ваше Преосвященство, заволжская деревня Бурнаково подарила нашей стране и Церкви двух удивительных святых — преподобного Феодора Санаксарского и его племянника, праведного воина Феодора Ушакова. Вы, владыка, родились относительно недалеко отсюда, на Вологодской земле, по соседству с древними обителями преподобного Дионисия Глушицкого, у самых врат Северной Фиваиды. Не сама ли многовековая непрерывная традиция северного монашества создала ту духовную атмосферу, в которой возрастали и формировались два святых Ушакова? Может быть, сам уклад русской жизни на этих землях взращивал столь глубокое и бескомпромиссное благочестие?

 

Епископ Вениамин: Конечно, мы надеемся и верим, что подвиг преподобного Сергия Радонежского и его учеников действительно оказал огромное влияние на весь Русский Север. Можно сказать, что именно их духовный опыт и духовные традиции освятили эти земли.

Мы изучали историю края и увидели, что здесь существовало множество монастырей — не только на Вологодской, но и на Ярославской земле. Одним из них был Богоявленский монастырь на Острову. Но были и многие другие обители.

Люди использовали возможности, которые давала сама природа: леса, уединение, тишину. Конечно, были и трудности, но именно поэтому они уходили в эти места и основывали небольшие монастыри. Они были маленькими, иногда совсем скромными, но в них непрестанно совершалась молитва. Эти монастыри оказывали огромное влияние на жителей окрестных сел и деревень. Люди воспитывались духовно, получали здесь определенное образование, приобщались к церковной жизни.

Не стал исключением и род Ушаковых, живший совсем недалеко отсюда, в трех верстах от Богоявленского монастыря, в деревне Бурнаково. И маленький Иван Игнатьевич Ушаков — будущий преподобный Феодор Санаксарский, и юный Феодор Ушаков, будущий адмирал, безусловно, питались именно этим духом благочестия и святости древних монастырей.

 

Денис Борисович Солодовников: Семья Ушаковых хотя и принадлежала к дворянскому сословию, но богатой не была.

Я бы здесь хотел добавить один интересный факт. Сохранился синодик Богоявленского монастыря, и часть его относится еще к XVII веку, то есть задолго до рождения Ивана Игнатьевича и Феодора Федоровича Ушаковых. И среди братии монастыря уже встречается фамилия Ушаковых. Насколько это были прямые родственники будущего адмирала, сказать трудно, но сам факт говорит о том, что род Ушаковых был тесно связан с этим местом.

Более того, можно предположить, что кто-то из представителей рода даже принимал здесь монашеский постриг еще до преподобного Феодора Санаксарского. Из синодиков вообще видно, что в Богоявленском монастыре совершалось необычайно большое количество монашеских постригов. Причем постригались здесь не только насельники этой обители, но и люди, прибывавшие из других монастырей, а также женщины. Складывается впечатление, что именно здесь существовал какой-то особый духовный центр монашеской жизни.

 

 

— Будущий адмирал возрастал в полутысяче километров от моря, среди лесов и полей, но уже в детстве стал мечтать о дальних плаваниях. Какую, по вашему мнению, роль в пробуждении этого призвания у будущего флотоводца сыграл дух тогдашнего Рыбинска — главной хлебной гавани Империи и «столицы бурлаков»? Города, который, почти как морской порт, жил своими пристанями и верфями, где круглосуточно перегружали товары, нанимали гребцов и лоцманов, где на Бирже встречались люди из Архангельска и Астрахани, Петербурга и Соликамска. По вашему собственному опыту, величие русских рек, таких как Волга, Шексна, Сухона способно расширить горизонты человека, подталкивая его к поиску как бескрайних морей «в стране далече», так и бескрайних тайн бытия Божиего в ближайшем храме и собственном сердце?

 

Епископ Вениамин: Бывал ли маленький Феодор Ушаков в Рыбинске – неизвестно, но в Романове-Борисоглебске он, скорее всего, бывал, поскольку деревня Бурнаково относилась к Романовскому уезду. Известно, что лейтенант Феодор Ушаков приезжал в Рыбинск для покупки строевого леса в 1780 году, накануне строительства первых судов Российского флота – его переписка с рыбинскими купцами сохранилась в городском архиве, в делах городского магистрата.

И Рыбинск, и Романов были крупными торговыми центрами и большими речными портами. И этот факт, по-видимому, в своё время оказал влияние на выбор юноши: то, что молодой человек, родившийся и выросший на Волге, выбрал для себя службу на флоте, выглядит совершенно естественным.

 

 

Д. Б. Солодовников: Если посмотреть на древние монастыри Поволжья, то можно заметить одну особенность: их самая красивая часть обращена именно к Волге. Так в Толгском монастыре, так было и здесь, в Богоявленской обители. Волга была настоящим центром жизни. И маленький Ушаков видел огромное количество самых разных судов, проходивших по реке. Это была главная транспортная артерия страны. Вспомним, что Санкт-Петербург активно строился с начала XVIII века, а в середине этого столетия на глазах подростка Феодора Ушакова совершалось движение целых караванов судов вверх по Волге, к Рыбинску. Город этот активно строился вместе с Петербургом. А в Романове, где строили знаменитые лодки — «романовки», находился значимый торговый центр.

Любовь к морю была внутренним призванием Феодора Ушакова, хотя его жизненные ориентиры вели, скорее, к военной службе вообще, а не обязательно к морю. Семья была небогатой, но сугубо военной. Несколько представителей рода служили в элитном Преображенском полку. Отец будущего адмирала – родной брат преподобного Феодора Санаксарского – тоже был связан с военной службой.

 

Епископ Вениамин: Есть и еще одна версия. Некоторые исследователи полагают, что у Феодора Ушакова могли быть определенные проблемы со здоровьем, из-за которых сухопутная служба оказалась менее для него подходящей. Мы знаем, что антропологические исследования останков адмирала выявили ряд заболеваний, в том числе болезни суставов, которыми он страдал с юности.

 

В XVIII–XIX веках верхневолжский регион превратился в главный транспортно-распределительный узел Российской империи. Уникальное географическое положение Рыбинска и Романова-Борисоглебска (ныне Тутаев) позволило им связать аграрный Юг со строящейся и быстро растущей северной столицей. До появления железных дорог Волга оставалась ключевой транспортной артерией страны, однако сквозное судоходство от Астрахани до Вышнего Волочка и далее, по каналам, до Балтики было невозможно из-за мелководья в верхнем течении Волги. Тяжелые низовые баржи имели слишком глубокую осадку, которая не позволяла им проходить в узкие и мелкие каналы искусственных гидротехнических систем — Вышневолоцкой, Тихвинской, а позже и Мариинской. Рыбинск, выросший из старинной Рыбной слободы, стал той самой крайней точкой, до которой могли дойти массивные волжские суда. Здесь весь огромный поток товаров, включавший соль, сало, железо и в первую очередь зерно, приходилось перегружать на более легкие и маневренные «верховые» лодки. Конечным пунктом этого пути был Санкт-Петербург, где грузы распределялись для нужд столицы и отправлялись на экспорт в Европу. Благодаря этому логистическому тупику Рыбинск заслуженно получил неофициальный титул «хлебной столицы России». Местные купцы фактически монополизировали поставки зерна, так что именно рыбинские биржевые цены определяли стоимость хлеба в Санкт-Петербурге. В период навигации тихий провинциальный город переживал колоссальный демографический взрыв, превращаясь в настоящую столицу бурлаков. Постоянное население Рыбинска на несколько месяцев увеличивалось в десятки раз за счет десятков тысяч пришлых рабочих, крючников и бурлацких артелей. Все они съезжались сюда, чтобы вручную переваливать миллионы пудов грузов и тянуть суда по сложной системе северных каналов. Соседний Романов-Борисоглебск, расположенный чуть ниже по течению, взял на себя роль главного судостроительного и ремесленного цеха этого водного узла. Именно романовские мастера создали легендарную лодку-романовку — уникальный тип речного судна, отличавшийся идеальной балансировкой, быстроходностью, устойчивостью на волжской волне и характерным острым носом. Конструкцией и маневренностью этих лодок в свое время восхищался еще Петр I. Помимо строительства самих судов, город обеспечивал волжский флот прочной парусиной-равендуком, особыми судовыми гвоздями и канатами из пеньки. Когда Рыбинск окончательно перетянул на себя основные торговые потоки, Романов-Борисоглебск сумел адаптироваться к конкуренции за счет глубокой переработки сырья. Местные кожевенные заводы, мукомольные мельницы и фабрики по обработке льна создавали качественные товары с высокой добавленной стоимостью. Эта продукция на тех же романовских лодках отправлялась на всероссийский рынок, вплоть до конца XIX века обеспечивая экономическую стабильность и процветание Ярославской губернии.

 

— Владыка, о военных победах Ушакова широко известно: ни одного поражения, ни одного потерянного корабля. Светский исследователь припишет такой выдающийся результат тому, что Федор Федорович блестяще окончил Морской кадетский корпус, в котором огромное внимание уделялось точным наукам: геометрии, алгебре, тригонометрии, астрономии, навигации. Верующий человек свяжет триумфы адмирала с его праведностью и молитвенностью. Владыка, вы сами — выпускник механико-математического факультета МГУ им. Ломоносова. Помогает ли вам ваш научный, математический склад ума по-особому взглянуть на гений адмирала? Как в его служении сочетались, с одной стороны, безупречный расчет курса и водоизмещения, баллистической траектории и скорости ветра и, с другой, глубокое, иррациональное для светского мира упование на волю Божию?

 

Епископ Вениамин: Конечно, образование очень помогло Феодору Ушакову. Тот опыт и те знания, которые он приобрел, были необходимы и сыграли огромную роль в его жизни. Но мне кажется, что не менее важной была духовная составляющая. Его внутренний духовный опыт помогал принимать сложнейшие решения. Настойчивость, трудолюбие, отношение к людям, отношение к своему делу — все это в совокупности и принесло такие плоды. Если бы он действовал только по уставу, только по законам науки, все могло бы сложиться совершенно иначе. Но Феодор Феодорович умел чувствовать, что именно нужно сделать в данный момент. И всегда полагался на помощь Божию. Ведь он никогда не начинал дело без молитвы и никогда не забывал благодарить Бога. Наверное, он верил, что Господь рядом и не оставит.

Но помощь Божия не отменяет человеческого труда. Посмотрите, сколько он занимался подготовкой моряков, сколько размышлял, как сделать лучше, как избежать лишних потерь. Помните, во время эпидемии чумы в Херсоне он самостоятельно разработал систему карантинных мер? Здесь все соединилось вместе: знания, опыт предыдущих поколений, собственный труд, духовный опыт.

Мы в своей жизни это замечаем: трудишься, стараешься, а без помощи Божией ничего не получается. «Аще не Господь созиждет дом, всуе трудишася зиждущии» (Пс.126:1). И наоборот, когда доверяешься Богу, многое устраивается самым неожиданным образом.

Думаю, что и у адмирала были свои особые, очень личные отношения с Богом. Поэтому сводить все только к человеческому таланту было бы неправильно.

 

Д. Б. Солодовников: Полученные знания стали для адмирала своего рода инструментарием, а вот способность правильно их применить — это уже талант, данный Богом. Без особых дарований невозможно добиться таких результатов. Но когда талант соединяется с религиозным восприятием жизни, с пониманием того, что над человеческими усилиями стоит воля Божия, тогда и появляются такие личности.

 Есть еще один любопытный момент. Насколько я помню, в 1714 году Петр I издал указ об учреждении в различных городах так называемых цифирных школ. Существуют упоминания, что и здесь, в Романовском уезде, действовало небольшое училище для дворянских детей. Поэтому вполне возможно, что и Феодор Ушаков получил здесь начальное образование, в том числе по математике и другим точным наукам. То есть в Петербург он приехал уже не с нуля. Какие-то основы у него, несомненно, были. И родители, вероятно, понимали, что у мальчика есть способности и что их необходимо развивать.

 

 

— При адмирале Ушакове корабли Черноморского флота носили имена святых и православных праздников, а жизнь экипажей была строго регламентирована не только Морским уставом, но и молитвенным правилом и богослужением. В XIX веке, с уходом парусного флота, эта традиция стала угасать. А вместе с ней уходили в прошлое и великие победы. Видите ли вы в этом причинно-следственную связь? Как вы относитесь к тому, чтобы сегодня кораблям ВМФ РФ присваивали имена святых?

 

Епископ Вениамин: Я думаю, что такая связь, конечно, существует. Когда человеческие усилия и таланты соединяются с молитвой, с упованием на Бога и призыванием святых, все приобретает совершенно иной смысл. Если экипаж знал, что корабль находится под покровительством апостола Павла, святителя Николая или Божией Матери, то и отношение к службе было особенным.

Трудно судить о прошлом однозначно, но если смотреть на результаты, то мы видим: великих побед тогда действительно было больше. Что касается сегодняшнего дня, то было бы хорошо возвращаться к этой традиции. Но при этом важно, чтобы не только корабль носил имя святого, но и команда стремилась жить в соответствии с тем идеалом, который это имя предполагает.

 

Д. Б. Солодовников: Да, сейчас кое-что постепенно начинает возрождаться. Но время у нас довольно противоречивое. С одной стороны, появляются корабли и воинские подразделения, носящие имена святых или великих русских полководцев. С другой стороны, общество остается весьма неоднородным в своем отношении к духовным ценностям. В годы Великой Отечественной войны вспомнили и Александра Невского, и Дмитрия Донского, потом война закончилась, и все это куда-то делось. Также и в XIX веке, после победы в Отечественной войне 1812 года наше общество тоже постепенно стало отходить от Бога. История показывает, что внешние успехи еще не гарантируют внутреннего духовного здоровья народа.

 

Несмотря на все упущения в подборе военных и морских священников, благодаря неустанной воспитательной работе командиров и флотского духовенства, русские экипажи превратились в относительно короткий срок в образцово-показательные команды. Так, отправляя из третьей Средиземноморской эскадры отряд датчан во главе с контр-адмиралом И.Н. Арфом, граф А.Г. Орлов просил Екатерину II, в случае отправления из России новой эскадры, составить ее из российских матросов и офицеров. «Ибо от своих одноземцев не токмо с лучшей надеждой всего того ожидать можно, чего от них долг усердия и любви к отечеству требуют, но еще и понесении трудов, беспокойств и военных трудностей довольно уже усмотрено между российскими людьми и иностранными великое различие ...».

Служивший в русском флоте сослуживец знаменитого Кука англичанин Тревнин, характеризовал русских матросов следующим образом: «Нельзя желать лучших людей, ибо неловкие, неуклюжие мужики скоро превращались, под неприятельскими выстрелами, в смышленых, спокойных и добрых воинов».

Отзываясь о поведении матросов Черноморской эскадры под командованием вице-адмирала Ф.Ф. Ушакова, находящейся с визитом в Стамбуле в 1798 г., один из влиятельных вельмож на встрече у визиря заметил, что «12 кораблей российских менее шума делают, нежели одна турецкая лодка; а матросы столь кротки, что не причиняют жителям никаких по улицам обид». И облик, и весь дух русских моряков были удивительны туркам. Российская эскадра пробыла в Константинополе две недели, «дав туркам опыт неслыханного порядка и дисциплины». «Двухнедельное пребывание в Константинополе российской эскадры оставило у жителей самое благоприятное впечатление. Они только и говорили о строгой дисциплине и послушании российских моряков». Позже, после взятия русско-турецкой эскадрой крепости Корфу турецкий реал-бей Феттах хвалил русских матросов за их дисциплину и храбрость, «присовокупляя, что чрез обращение с оными турецких матрозов, и они довольно навыкли к послушанию».

Докладывая о поведении матросов во время взятия крепости Корфу, вице-адмирал Ф.Ф. Ушаков писал: «Наши служители от ревности своей и желая угодить мне, оказывали на батареях необыкновенную деятельность: они работали и в дождь, и в мокроту или же обмороженные в грязи, но все терпеливо сносили и с великой ревностью старались».

Один из итальянцев, видевший освобождение русским морским десантом Неаполя в июне 1799 года, писал: «Конечно, не было никогда примера, подобного сему происшествию. Но лишь российским войскам возможно было сотворить чудо. Какое мужество, какая дисциплина, какие кроткие, любезные нравы! Русских здесь боготворят, и память о них пребудет запечатлена в роде родов, во всех сердцах обитателей нашего отечества». Историк и бывший военный министр России Д. А. Милютин в книге «История войны 1799 года» писал, что русские моряки сумели своим «обхождением и дисциплиной привлечь к себе сердца народа. Офицеры русского флота могут гордиться кампанией 1799 года ...».

И, как отмечает известный биограф Ушакова капитан 1 ранга В.Д. Овчинников, «не дубина заставляла наших матросов и офицеров идти в бой и сражаться за чужую землю, как за свою собственную, а истинная православная вера. Именно этим они отличались от европейских вояк».

Капитан 1 ранга А.П. Беляков

«История флотского духовенства и его роль в воспитании военных моряков дореволюционной России»

 

— Сегодня в обществе активно обсуждается возможная канонизация современника и соратника Ушакова — Александра Васильевича Суворова. Ушаков и Суворов — два великих полководца екатерининской и павловской эпохи, оба — глубоко верующие люди. В чем заключаются главные критерии святости людей военных? Что объединяет этих двух великих мужей в их служении Христу и Отечеству? И что, наоборот, отличает одного от другого?

 

Д. Б. Солодовников: Главное в случае с Ушаковым — то, что его прославили не как великого адмирала, а именно как праведного воина. Его почитание существовало задолго до официальной канонизации. В Санаксарском монастыре и местные жители, и братия уже воспринимали его как святого человека. А его военные заслуги были дополнительно изучены историками и лишь подтвердили масштаб его личности.

 

Епископ Вениамин: Важно и другое: его отношение к людям, забота о подчиненных, милосердие к пленным, стремление избежать лишних жертв — все это раскрывает его именно как христианина. Он достиг высочайших чинов, получил все мыслимые награды и при этом не возгордился, не стал жестоким и равнодушным. Напротив, он остался человеком милосердным, щедрым и глубоко благочестивым. И старался принести как можно больше пользы и Отечеству, и людям.

Он избегал увеселений, развлечений, у него изначально был настрой на духовную жизнь. Неслучайно после выхода в отставку в 1807 году он поселился в своей деревне по соседству с Санаксарским монастырем, основателем которого был родной брат его отца – преподобный  Феодор Санаксарский.

 

Д. Б. Солодовников: К сожалению, мы очень мало знаем о взаимоотношениях адмирала с его дядей — преподобным Феодором Санаксарским. У нас нет их переписки, которая позволила бы заглянуть во внутренний мир этих отношений. А ведь пример дяди был совершенно исключительным. Он сам в молодости пережил глубокий духовный кризис, увидел обе стороны жизни — и светскую, и духовную — и сделал выбор в пользу духовной жизни. Можно предполагать, что и для Федора Федоровича этот пример имел огромное значение. Если бы удалось обнаружить какие-то новые документы — письма, записи, воспоминания, — они могли бы открыть нам новые стороны духовной жизни этих людей. Но, к сожалению, пока ничего подобного не найдено.

Что касается Александра Васильевича Суворова, то этот вопрос должна внимательно изучить церковная комиссия. Как военачальник он, безусловно, является гением. Но при канонизации всегда рассматривается вся жизнь человека, в том числе его духовный путь.

 

 

— Ваше Преосвященство, как вы уже упомянули, последние одиннадцать лет своей жизни адмирал провел рядом с Санаксарским монастырем. Однако монашеского пострига он так и не принял. Как вы это объясняете?

 

Епископ Вениамин: Честно говоря, ответить на него очень трудно. В принципе, внешне его уже ничто не удерживало. Государственная служба была завершена, семьи у него не было, все мирские дела были позади. Но ведь мы не знаем внутренней жизни человека. Возможно, он по смирению не считал себя достойным монашества. Возможно, полагал, что должен окончить свою жизнь именно как мирянин, не принимая на себя еще большего духовного подвига.

 

 

— Феодора Ушакова прославили 25 лет назад — и почитание его до сих пор раздваивается: для одних он прежде всего непобедимый адмирал, символ неувядаемой славы русского оружия, для других — смиренный и милосердный праведник. Нет ли опасности, что «адмирал Ушаков» заслоняет «святого Ушакова», и почитание сползает к патриотической риторике? Как в проповеди и в паломничестве удержать главное — что прославлен он за святость, деятельную любовь ко Христу, а не за потопление турецких кораблей? И канонизация — это не дополнение к орденам и медалям.

 

Епископ Вениамин: Я думаю, что необходимо говорить именно о его праведности и святости. Военные победы были следствием его духовной жизни, а не причиной канонизации. История знает немало великих полководцев. Так, святого благоверного князя Александра Невского сегодня многие воспринимают как великого военачальника и государственного деятеля, и гораздо меньше помнят о его духовном облике, о его монашеском постриге, о схимнике Алексии. Задача Церкви — сохранить глубокое понимание личности святого праведного воина Феодора Ушакова и постоянно говорить именно о его духовной жизни.

 

Д. Б. Солодовников: Господь в разные эпохи особенно открывает людям тех святых, которые необходимы именно в данный исторический момент. Сейчас, когда идет Специальная военная операция, и общество переживает непростые испытания, пример Феодора Ушакова как военачальника, человека долга и защитника Отечества, конечно, особенно востребован. Но это не отменяет главного — его святости.

 

Своим святым покровителем праведного адмирала Феодора Ушакова выбрала 40-я отдельная гвардейская бригада морской пехоты Тихоокеанского флота России.

40-й бригаде более 100 лет. За это время подразделение успело побывать пехотой, кавалерией, мотострелками и, наконец, «черными беретами», преодолев путь от степей Поволжья до сопок Камчатки и обратно — до терриконов Донбасса.

Все началось осенью 1918 года в Самарской губернии. Знаменитый начдив Василий Чапаев собрал в единый кулак разрозненные партизанские отряды и крестьянские дружины. Так родилась 2-я Николаевская пехотная дивизия РККА, чуть позже переименованная в 22-ю стрелковую. За освобождение Кубани в 1920 году соединение получило свое первое почетное наименование — «Краснодарская».

В 1937 году, когда на восточных границах СССР стало неспокойно, дивизию перебросили на Дальний Восток. Бойцы приняли крещение огнем в кровопролитных конфликтах с японцами у озера Хасан и на реке Халхин-Гол. Когда началась Великая Отечественная война, дивизию оставили охранять Приморье от возможного удара Японии. Изголодавшиеся по настоящему делу бойцы рвались на фронт: дивизия стала кузницей кадров, откуда на Западный фронт регулярно уходили маршевые роты и добровольцы. Звездный час соединения наступил в августе 1945 года. В ходе Маньчжурской операции дивизия стремительным ударом взломала оборону японцев и штурмом взяла крупный узел сопротивления Квантунской армии и некогда столицу «русского Китая» — город Харбин. Там бойцов торжественно встречал архиепископ Нестор (Анисимов). За эту блестящую операцию дивизия получила второе имя — «Харбинская». К концу войны на ее знамени блестели два ордена Красного Знамени.

После войны дивизию передислоцировали на Камчатку, которая стала для нее родным домом. Десятилетиями солдаты несли службу среди вулканов, прикрывая стратегически важный полуостров от вражеского десанта.

В 2007 году произошел главный исторический разворот: указом Президента бригада сменила сухопутные погоны на флотские. Бойцы пересели на плавающую бронетехнику и начали осваивать десантные корабли.

Новая, самая суровая глава летописи пишется прямо сейчас. С 2022 года камчатские морпехи под молитвенным покровом праведного воина Феодора Ушакова сражаются на сложнейших участках Специальной военной операции, став легендой боев на Угледарском направлении. Родина оценила этот героизм высшими воинскими регалиями: в июле 2023 года бригада стала Гвардейской, в 2025 году за новые боевые успехи ее наградили орденом Жукова.

 

— Владыка, в молодости Промысл Божий свел вас с митрополитом Алма-Атинским Иосифом (Черновым) и архимандритом Павлом (Груздевым). Оба они прошли сталинские лагеря, но сохранили веру и радость о Христе. Помогает ли вам личный опыт общения со старцами глубже понять феномен «праведности на войне»? Ведь адмирал Ушаков тоже повидал на своем веку много смерти, скорби, боли… но сохранил глубокую веру и чистейшее христианское сердце. Что вы, как пастырь с многолетним опытом, говорите людям, которые потеряли веру, столкнувшись с болезнью и смертью, пережив ужасы войны?

 

Епископ Вениамин: Конечно, опыт общения со старцами очень помогает. Для меня рассказы владыки Иосифа и отца Павла Груздева, их воспоминания о лагерях, о ссылках, о пережитых страданиях имеют огромное значение.

Удивительно, но люди, прошедшие через тяжелейшие испытания, вспоминали о них не с озлоблением и не с унынием. Не то чтобы с радостью, конечно, но без отчаяния. Они воспринимали их как испытания, которые Господь попустил и которые Сам помог перенести. У владыки Иосифа и отца Павла была внутренняя уверенность: Господь рядом. Тогда не оставил — и сейчас не оставит. Испытания, которые они пережили, помогли им укрепиться в вере.

Я думаю, что и люди, пережившие ужасы войны, страх смерти, потерю близких, выстояли не потому, что были какими-то особенно сильными людьми. Они выдержали все это потому, что Господь помогал.

Ведь мы знаем и другие примеры: человек впадает в уныние, в ожесточение, начинает обвинять всех вокруг, роптать на Бога и на людей. А те старцы, наоборот, благодарили Бога за то, что Он провел их через эти страдания, сохранил и укрепил.

Поэтому наша обязанность, обязанность священнослужителей — укреплять в людях доверие Богу, помогать им нести свой крест, переносить испытания и понимать, что происходящее вокруг нас не случайно. Как сказано в Евангелии, «и волос с головы вашей не пропадет» (Лк.21:18) без воли Божией. И каждая пуля летит только потому, что Господь знает, куда ей лететь. Испытания, страдания, даже сама смерть могут послужить спасению нашей бессмертной души. Поэтому главное — доверие Богу.

 

 

— Как вы считаете, нужно ли сегодня говорить с молодыми людьми о смерти, о страдании, о тяжелых сторонах жизни? Сейчас многие родители стараются не травмировать ребенка, оградить его от подобных тем. Но потом человек, выросший словно в оранжерее, впервые сталкивается с настоящей бедой — и весь его мир рушится. Даже у верующего человека возникают вопросы: «Почему это произошло? Где Бог?»

 

Епископ Вениамин: Господь не создал для нас рай на земле. Мы все равно готовимся к вечной жизни. А чтобы подготовиться к ней, необходимы и трудности, и испытания.

Посмотрите на музыканта: сколько времени он посвящает занятиям, чтобы овладеть инструментом. Посмотрите на спортсмена: сколько труда требуется для достижения результата. Почему же мы думаем, что духовных результатов можно достичь без труда? Нет, и здесь нужно учиться терпению, преодолению, внутренней работе над собой.

Думаю, что правильное отношение к смерти чрезвычайно важно для каждого человека, особенно для христианина. Потому что смерть — это итог нашей земной жизни. И приходит она не тогда, когда мы ее планируем. Следовательно, человек должен жить так, чтобы быть готовым к встрече с Богом в любой момент.

Возвращаясь к нашему обсуждению вопроса о том, что было причиной побед Российского флота, скажу: не только то, что корабли называли именами святых, но то, что все, кто на них служили, делали это с уверенностью, что обретут вечную жизнь, не боялись, не убегали от смерти и от трудностей.

 

 

— Ваше Преосвященство, праведного Феодора Ушакова почитают и в Греции, и в Болгарии, и в Сербии. Почему образ русского адмирала оказался столь близок православным народам других стран? Может ли память о нем стать мостом, объединяющим православный мир вопреки геополитическим раздорам? Может ли почитание Ушакова в будущем стать основой для нового формата паломнических маршрутов — «по следам русского флота» в Средиземноморье?

 

Епископ Вениамин: Я знаю, что и в Болгарии, и в Греции Феодора Ушакова действительно очень почитают. Конечно, сегодня политические обстоятельства иногда мешают этому почитанию проявляться в полной мере, но память о нем жива. В Греции многие знают, кто такой адмирал Ушаков. Когда мы говорим, что приехали с его родины, люди сразу откликаются с большим теплом. Но об этом нужно больше говорить и чаще напоминать. Ведь это святой, который освобождал и греческие, и болгарские земли от иноземного владычества. Поэтому вполне естественно, что православные народы чтят его память. И паломничество по местам, связанным с его именем, конечно, имеет большое будущее.

 

Победа русской эскадры под командованием контр-адмирала Фёдора Фёдоровича Ушакова в сражении у мыса Калиакра 31 июля (11 августа) 1791 года стала поворотной точкой в Русско-турецкой войне. Разгром превосходящих сил турецко-алжирского флота не просто закрепил за Россией статус черноморской державы, но и подарил балканским народам надежду на избавление от многовекового османского ига. Сегодня на мысе Калиакра и в прибрежной Варне память о непобедимом флотоводце жива не только как о гениальном стратеге, но и как о святом покровителе.

Первопроходцем в увековечивании образа адмирала на болгарской земле стал скульптор Никола Богданов. В 1967 году на скале мыса Калиакра он создал трёхметровый барельеф, изображающий молодого воина со шпагой и подзорной трубой. Примечательно, что в качестве образца автор использовал антропологическую реконструкцию черепа Ушакова, выполненную профессором Михаилом Герасимовым в 1953 году. Спустя десятилетия, в августе 2006 года, мемориальный комплекс на мысе пополнился величественным восьмиметровым памятником, к которому ежегодно приходят военные моряки Болгарии для отдания почестей.

После канонизации Феодора Ушакова Русской православной церковью в 2001 году его почитание в Болгарии обрело новую глубину. Летом 2005 года из Ярославской митрополии в дар морскому храму святого Николая Чудотворца в Варне были переданы икона адмирала и ковчег с частицей его мощей, а также мощей его святого дяди — преподобного Феодора Санаксарского. Святыня заняла почетное место у иконостаса, став духовной опорой для местных моряков. Каждый год 31 июля, в годовщину легендарной битвы, на мысе Калиакра проходят торжественные богослужения, на которые из Варны выносят храмовую икону. В августе 2022 года на Калиакру была доставлена ещё одна рукописная икона праведного воина. Дар принял архимандрит Мефодий, строящий на легендарном мысе монастырь святой великомученицы Екатерины. Для современных болгар образ святого адмирала Ушакова остается неразрывной нитью, связывающей военную доблесть, верность долгу и общее духовное наследие православных народов.

 

— Богоявленский храм в Хопылево — место крещения адмирала. В XXI веке здесь развернулись масштабные восстановительные работы. Вы управляете епархией с момента ее образования, и возрождение этого места происходит на ваших глазах и вашими трудами. Расскажите, как сегодня преображается этот храмовый комплекс и Островский монастырь?

 

Епископ Вениамин: Внимание к этому месту возникло еще задолго до образования Рыбинской епархии. Наверное, начиная с 2004 года сюда стала приезжать молодежь, проводились лагеря. Время от времени сюда приходили паломники и священники, совершались молебны.

Я еще, будучи священником, участвовал в наших крестных ходах по Волге. Мы обязательно заходили сюда и служили молебны. Хорошо помню, как в 2007 или 2008 году Валерий Николаевич Ганичев со своей командой писателей сюда приезжал вместе с архиепископом Кириллом. Здесь молились, обсуждали будущее этого святого места.

Тогда уже проходили Ушаковские чтения в Рыбинске, будущий Святейший патриарх провел беседу в Белом доме города Ярославля о значении христианского подвига Феодора Ушакова, и интерес к личности святого адмирала постепенно возрастал.

Конечно, какие-то средства выделялись, был подготовлен проект восстановления, но всего этого было недостаточно. Храмы в Хопылёво пребывали в руинированном состоянии.

Переломным моментом стал 2016 год — на 15-летие прославления праведного воина Феодора Ушакова. Тогда сюда были принесены мощи святого: сначала в Рыбинск, а затем и в Хопылево. Здесь был совершен торжественный молебен. На встрече мощей в Рыбинске присутствовал будущий губернатор Ярославской области. А уже через несколько месяцев был создан Попечительский совет по возрождению святыни во главе с председателем правительства области. Этому способствовал тогда полномочный представитель Президента в Центральном федеральном округе Александр Дмитриевич Беглов. Вместе с ним сюда приезжали Игорь Левитин, руководство области, представители правительства. Именно с этого времени началось настоящее возрождение храмов в Хопылево.

Сегодня восстановлены два храма, построен дом причта, продолжается строительство келейного корпуса, благоустраивается территория.

По решению Священного Синода и представлению Рыбинской епархии здесь учреждено архиерейское подворье. Действует небольшая монашеская община: два иеромонаха, иеродиакон и монах. Ежедневно они по монастырскому уставу утром и вечером совершают богослужения.

Появляется все больше паломников и туристов. Пока мы можем принять лишь небольшое количество гостей, поэтому крупные группы обычно останавливаются в Ярославле, Рыбинске или Тутаеве и приезжают сюда уже непосредственно на богослужения или экскурсии, а также для участия в праздничных мероприятиях.

 

 

— Владыка, вы упомянули мероприятия. Какие существуют сегодня на подворье традиции — новые или возрожденные старые? Есть ли крестные ходы, фестивали?

 

Епископ Вениамин: Прежде всего, это связанные с памятью святых дни – день  рождения святого праведного воина Феодора Ушакова 24 февраля, день обретения святых мощей преподобного Феодора Санаксарского — 4 мая, день памяти Феодора Ушакова — 15 октября, а также день памяти преподобного Феодора — 4 марта.

Особое место занимают мероприятия, посвященные годовщине прославления святого адмирала — 5 августа. Обычно главное торжество мы проводим в ближайший к этой дате воскресный день. Тогда здесь собирается множество людей.

Сначала это был просто фестиваль духовной музыки. Теперь он превратился в большой фестиваль православной культуры. Проводятся ярмарки, показательные выступления на Волге. Иногда участвует малая авиация и речные суда. То есть, день прославления адмирала Ушакова Русской Православной Церковью это уже не только церковное событие. Оно собирает 2000-3000 человек и стало важным общественным событием для всего региона.

 

Д. Б. Солодовников: На территории подворья установлены два памятника морской тематики. Особое место занимает совместный памятник преподобному Феодору Санаксарскому и праведному Феодору Ушакову, созданный по проекту скульптора Вячеслава Клыкова. Это была одна из его последних работ. К этому памятнику совершают крестный ход.

Летом на Волге выставляют временные причалы, у которых останавливаются небольшие корабли.

Сюда приходит и Казанский крестный ход, который в начале июня обычно отправляется из Казанского монастыря города Ярославля, идет по левому берегу Волги до Рыбинска и возвращается по правой стороне. Крестоходцы останавливаются в Хопылево, поскольку один из приделов древнего Богоявленского храма посвящен Казанской иконе Божией Матери. Некоторое время именно здесь пребывал ее чудотворный Ярославский список, который является самым первым в истории списком Казанского образа.

 

 

— Ваше Преосвященство, традиционный вопрос для нашего журнала. Какие святые места России и мира вам удалось посетить? Есть ли среди них те, которые оставили особый след в вашей душе, и куда вы возвращались или хотели бы возвращаться снова и снова?

 

Епископ Вениамин: Особое значение для меня имеет Соловецкий монастырь, в котором Святейший Патриарх Кирилл 16 лет назад совершил хиротонисал меня во епископа Рыбинского и Угличского.   Так же дорог мне и Санаксарский монастырь, конечно. А когда в Санаксары едем, никогда не проезжаем мимо Дивеевского монастыря, и Мурома. Заезжаем к преподобному Серафиму, святым Петру и Февронии. Среди  святых мест мира такова для меня, конечно, Святая Земля. В первый раз я побывал там в 1994 году, и с тех пор бывал много раз. Дорога мне и Святая гора Афон. Но сейчас, к сожалению, лет десять уже там не был. По возможности стараюсь бывать на острове Корфу, а ещё – у святынь Черногории, Сербии. Дважды побывал в Бари – у святителя Николая.

 

— Какой совет вы могли бы дать нашим читателям, планирующим паломничество к той или иной святыни, чтобы это путешествие стало по-настоящему духовным и душеполезным?

 

Епископ Вениамин: Мне кажется, мы должны молиться, чтобы в паломничестве Господь открыл нам то, что полезно именно для нас, чего нам недостает, - какой-то опыт, знания. Иногда человек едет с какой-то конкретной просьбой: помолиться о здоровье, о семье, о житейских делах. Но гораздо важнее другое — твое духовное состояние. Если во время паломничества человек увидит собственные грехи, собственные недостатки, поймет, что ему необходимо изменить прежде всего в своей духовной жизни, — тогда такое путешествие действительно принесет плод. Паломничество — это возможность доверить себя Богу и попросить помощи у святых.

 

Беседовал И. А. Рыжов